Два отдельных направления развития техники позволили сделать идею танка реальностью. Практическое передвижение механического экипажа по неровному грунту впервые было осуществлено паровыми сельскохозяйственными машинами, а на вопрос о возможности применения бронированной машины ответило создание бронеавтомобиля.

Но окончательное решение проблемы бронированного экипажа пришло лишь с появлением двигателя внутреннего сгорания. Требовался достаточно мощный, но не слишком тяжелый двигатель, причем запас горючего для его питания должен позволять покрывать экипажу приемлемое расстояние. Однако развитие такой машины сдерживалось тем, что в конце XIX века британские законы не разрешали экипажам с механическим двигателем (кроме паровых тракторов) ездить по дорогам. Наконец, в 1896 году закон изменили, и тогда же появился первый практически пригодный британский автомобиль.

Спустя всего четыре года изготовили бронированный вариант этого автомобиля, названный «Пеннингтон Арморед Кар» («Бронеавтомобиль Пеннингтон»). Если некоторым образцам техники дают названия, не совсем точно отражающие их происхождение или функцию, то в данном случае название было точным - гражданский дорожный автомобиль с броней из стальных пластин толщиной 6,4 мм (0,25 дюйма), с двумя пулеметами «Максим» в задней части.Фактически это был обычный автомобиль, который дополнили броней, и, как и у всех подобных конструкций, его характеристики были не слишком хороши.

Еще через два года, в 1902-м, появился бронеавтомобиль «Симмс». Это была весьма интересная конструкция, с колесами, защищенными шторами в виде цепной кольчуги, свисающими с бронированного пояса корпуса. Вооружение также усилилось - «Симмс» располагал двумя пулеметами «Максим» и однофунтовой автоматической малокалиберной зенитной артиллерийской установкой. Одна ко под всем этим пока еще скрывался гражданский автомобиль, который не мог быть хорошей базой для боевой машины. Появившийся в 1903 году усовершенствованный «Симмс» стал первым сухопутным экипажем с вращающейся башней.

Причем башен было две - по одной для каждого пулемета. Водитель машины располагал перископом для обзора дороги. К сожалению, усовершенствованный «Симмс» использовал тот же мотор мощностью 12 кВ (16 л. с), что и гражданский автомобиль, на базе которого он был построен, и он едва мог двигаться под тяжестью своей брони.
В других странах также появились подобные конструкции, иногда со своими особенностями.

Во Франции в 1902 году создан бронеавтомобиль «Шаррон-Жирадо э Войт». Это не была настоящая ББМ, скорее - мобильная огневая позиция пулемета. Хотя стрелок пулемета и был защищен броневым экраном, водитель и двигатель остались открыты.
Первые германские бронеавтомобили использовали шасси грузовика, а не шасси туристического автомобиля, как в других странах. Таких конструкций было несколько - от мобильных арт установок для борьбы с аэростатами наблюдения противника (бронированных и небронированных) до тяжелых бронеавтомобилей с пулеметами.

Много подобных образцов, с разной степенью успеха, создавалось в годы, непосредственно предшествующие Первой мировой войне. Некоторые страны смогли наладить производство удачных моделей бронеавтомобилей на шасси туристического автомобиля, с легкой броней, вооруженных пулеметами. Были попытки создания более тяжелых машин, с многоствольными пулеметными установками, крупнокалиберными пулеметами, или с тем и другим вместе. Однако машины с тяжелой броней не могли считаться удачными. Некоторые были настолько перегружены, что на неровной дороге ломались их оси. А о движении по бездорожью даже не могло быть речи! Эти машины годились для несения охраны - например, для защиты аэродромов и т. п., возможно - для разведки вдоль дорог, но модели, эффективные на бездорожье, были скорее исключением, чем правилом. В начальные месяцы Первой мировой войны бронеавтомобили широко использовались, иногда и вне дорог. Но для настоящего боя на Западном фронте они вряд ли годились. Изрытая воронками от снарядов грязь, проволочные заграждения и окопы были непроходимы даже для лучших бронеавтомобилей того времени.

Тем не менее бронеавтомобили применялись на других театрах войны, иногда с успехом. В России и на Ближнем Востоке отряды бронеавтомобилей имели успех, являясь зачастую «помесью» между мобильной артиллерией, или средством поддержки, и кавалерийскими частями. Их способность создать плотный огонь в нужном месте и переместить его потом в другое место оказалась очень полезна и, несомненно, доказала эффективность ББМ. Операции бронеавтомобилей также продемонстрировали другие важные концепции. Например, некоторые ранние модели не имели брони сверху, и их экипажи страдали от огня снайперов и осколков снарядов. Уже в первые недели войны, когда снайперы работали со всех окрестных холмов и церковных башен, стала очевидна необходимость брони со всех сторон машины.
Такая участь постигла многие бронеавтомобили Королевских ВМС, создавших бронедивизион для защиты авиабазы Адмиралтейства в Дюнкерке. Тогда еще не существовало Королевских ВВС, и воздушные операции на Западном фронте выполняли пилоты ВМС. Бронеавтомобилям отводилась роль по защите авиабазы и спасению пилотов сбитых самолетов. По-видимому, они также ловили пилотов противника, сбитых позади линии фронта, в тылу Союзников.
Опыт, полученный в 1914 году Воздушным департаментом Адмиралтейства при использовании бронеавтомобилей с открытым верхом, имел важные последствия и был использован конструкторами. Броня крыши должна быть тоньше, чем бортовая на корпусе, и особенно лобовая, куда приходится основная часть огня противника, но она всегда есть у танков, а также, как правило, и у других бронированных машин.
В целом, первые бронеавтомобили продемонстрировали, что ББМ может быть эффективна, если устранить ее недостатки. Они также заняли свою «экологическую нишу», существующую до сих пор, - современные бронеавтомобили имеют больше общего с танками, чем их предшественники образца 1902 года, но сегодня появилось новое поколение легко бронированных автомобилей, обеспечивающих достаточную безопасность экипажу и патрулирующих вдоль дорог и на менее пересеченной местности.

Если бронеавтомобили, несомненно, причастны к появлению танка, то показать путь преодоления их недостатков выпало на долю скромного парового трактора. В середине XIX века техника уже хорошо освоила силу пара. Она использовалась на железных дорогах и в промышленности, начинала работать на судах. Чуть позже по дорогам покатили паровые автомобили, которые поначалу были крайне нескладными. Они имели ограниченную мощность и запас хода, но оказались полезны в перевозке грузов, они работали повсюду - на стройках и как артиллерийские тягачи. Однако огромные стальные колеса паровых тракторов не были идеальны для движения вне дорог, и со временем на смену колесам пришло нечто более пригодное - гусеницы.

Тракторы строила британская фирма «Ричард Хорнсби и сыновья», специализировавшаяся на сельскохозяйственных машинах. Она решила создать сельхозмашины, работающие на мягком грунте. И, конечно, вскоре возникла (по крайней мере, у Хорнсби) мысль о военном применении подобной техники - фирма продемонстрировала гусеничный трактор, переделанный в артиллерийский тягач. Эксплуатационные качества тягача оказались высокими - на демонстрации он мог идти по грунту, где вязли даже лошади, и даже в придачу вытащил этих самых застрявших в грязи лошадей - но этого пока оказалось недостаточно для получения правительственного заказа.

И Хорнсби продал свой патент американской компании «Холт Катерпиллар», которая через несколько лет создала то, что стало известно как «гусеничный грузовик», для применения в сельском хозяйстве.
В конечный период Первой мировой войны уже существовали все основные и жизненно важные компоненты ББМ - гусеницы, моторы, бронирование, вооружение и, самое главное, проверенная на практике концепция этого вида оружия. В 1912 году австралиец по имени Л.-Э. Моул сконструировал гусеничную боевую машину и направил проект в британское военное министерство. Проект не привлек интереса, но его продолжали развивать и вновь представили в 1915 году. Во всяком случае, первые реально построенные танки были очень похожи на предложенный Моулом, но, как признали позже, уступали последнему по некоторым показателям. Правильные идеи Моула немного опередили свое время, т. к. для него не было необходимого катализатора - в форме отчаянной необходимости найти оружие, заменяющее кавалерию на полных свистящими осколками и перегороженных проволочными заграждениями полях сражений.

Когда истекли начальные месяцы Первой мировой войны и войска остановились, кавалерию отвели в тыл, пехота зарылась в землю, а артиллерия перешла к стрельбе на дальние дистанции, настало время осознания этой необходимости. Так появился танк, поначалу ненадежный, дьявольски трудный в управлении, часто подверженный поломкам, но крайне необходимый.