Благодаря успешным действиям 9-го танкового полка 5-й танковой дивизии, движение немцев через северный мост было приостановлено. В ходе этого боя экипаж Т-34 сержанта Макогон подбил 6 танков противника. Однако и свои потери были значительными: из 24 Т-28 - 16, из 44 Т-34 - 27 (почти половина из-за технических поломок), из 45 БТ-7 - 30.

Однако в это же время танки 7-й танковой дивизии вермахта сумели прорваться через южный мост, который прикрывал 5-й мотострелковый и 10-й танковый полки. В ходе встречного танкового боя остановить немецкое наступление не удалось. 5-я танковая дивизия понесла большие потери, не хватало горючего и боеприпасов, была нарушена связь между подразделениями, которые ночью в беспорядке стали отходить на Вильнюс.

Встречный танковый бой под Алитусом 22 июня 1941 года был первым танковым столкновением Великой Отечественной войны. Командование 3-й танковой группы докладывало об этом в штаб группы армий «Центр» следующее: «Вечером 22 июня 7-я танковая дивизия имела крупнейшую танковую битву за период этой войны восточнее Олита (так в немецких документах именовался Алитус. - Прим. автора) против 5-й танковой дивизии. Уничтожено 70 танков и 20 самолетов (на аэродроме) противника. Мы потеряли 11 танков».

Этот документ следует прокомментировать, так как система учета потерь в вермахте отличалась от принятой в Красной Армии. Дело в том, что немцы считали потерянными только те танки, которые не подлежали восстановлению или остались на территории, занятой противником. Это соответствовало графе «безвозвратные потери» в системе учета Красной Армии. Те же подбитые танки, которые можно было восстановить, немцы в графу потерь не заносили, в то время как в Красной Армии их относили к разряду подбитых, требующих (в зависимости от характера повреждений) среднего, текущего или капитального ремонта. Таким образом, указанные в докладе Гота 11 танков относились к числу безвозвратных потерь. Учитывая, что на один безвозвратно потерянный танк в 1941 году приходилось 3—4 подбитых танка, подлежащих ремонту, можно смело утверждать, что общие потери 7-й танковой дивизии вермахта в ходе боя с 5-й танковой дивизией 3-го механизированного корпуса составили не менее 40 танков (возможно и больше). Правда, учитывая хорошее состояние ремонтных служб танковых дивизий вермахта, можно смело сказать, что большую часть подбитых танков была восстановлена в ближайшие два дня.

23 июня остатки 5-й танковой дивизии заняли оборону на подступах к Вильно. В результате ожесточенного боя с подошедшими частями 39-го танкового корпуса немцев, части 5-й танковой дивизии были окружены и стали отходить в направлении

Ошмяны. При этом наши танкисты подбили около 12 танков, уничтожили 6 орудий и несколько минометов.

24 июня, преодолев сопротивление разрозненных частей Красной Армии, дивизии 39-го танкового корпуса заняли Вильно. В 3.30 25 июня командир 5-й танковой дивизии полковник Федоров отдал приказ - захватить Ошмяны, после чего двигаться на Вильно. Все оставшиеся в строю боевые машины были сведены в отряд под руководством командира 9-го танкового полка полковника Верхова. В 6.30, достигнув восточной окраины Ошмян, отряд атаковал немецкие части с тыла, частично уничтожив, а частично рассеяв их. Однако развить успех нашим танкистам не удалось и под натиском превосходящих сил противника дивизия стала отходить на юго-восток.

Взвод танков Т-34 меняет позиции. Западное направление, осень 1941 года. Передняя машина выпуска завода № 183 лета 1941 года (АСКМ).

25 июня взвод лейтенанта Романова - 2 Т-34 - в районе Сморгонь прикрывал отход дивизии, а с 14 до 19.00. отход Виленского пехотного училища по мосту Сморгонь - Молодечно. В районе местечка Лебедь эти Т-34 были окружены танками и пехотой противника. В ходе боя тридцатьчетверки подбили 3 танка и 10 орудий, но при прорыве застряли в реке. Танкисты, сняв пулеметы вышли из окружения, пройдя пешком 80 км. Это были последние тридцатьчетверки 5-й танковой дивизии, остатки которой на следующий день вышли в полосу Западного фронта.