Танки ИС превосходили новые тяжелые машины немецко-фашистской армии и по огневой мощи, и по защите, и по подвижности. По сравнению, например, с «тигром» они были легче на 10 т, а броню имели значительно толще. В октябре 1943 г. танки ИС были доведены до стадии серийного производства, но поиски путей усиления вооружения не прекращались, так как пушки, установленные на опытных машинах, не могли удовлетворить ни конструкторов, ни танкистов. В начале разработки первых танков ИС проектировщики получили со смежного завода 85-мм пушку конструктора В. Г. Грабина с боекомплектом 59 выстрелов и поставили ее на один из вариантов нового танка. Масса машины при этом возросла, и конструкторам пришлось добавить по шестому опорному катку на каждый борт. Новый вариант тяжелого танка назвали ИС-85. Но выпуск тяжелых танков и с 85-мм пушкой не снимал вопроса об усилении вооружения, и конструкторы, продолжая поисковое проектирование, поставили на один из опытных танков 100-мм пушку. Эта машина имела наименование ИС-100. Одним из наиболее подходящих вариантов вооружения танков серии ИС явилось орудие, специально предназначенное для борьбы с новыми немецкими танками, разработанное артиллерийским конструктором Ф. Ф. Петровым. Так же как котинцы, артиллерийские конструкторы шли по пути сокращения времени на проектирование, используя в новом танке хорошо зарекомендовавшие себя узлы предшествующей модели.

Рассказывая об этой работе, Ф. Ф. Петров вспоминал, как он взял 122-мм корпусную пушку, наложил ее ствол на лафет полевого орудия, использовав короткую люльку и противооткатные устройства от опытной 122-мм танковой гаубицы. У первого опытного образца пушки конструкции Ф. Ф. Петрова, изготовленной в ноябре 1943 г., получившей марку Д-25, имелся поршневой затвор, как на корпусной пушке. Позднее для танкового ее варианта был разработан клиновой полуавтоматический затвор. Для гашения энергии отката на несколько укороченном стволе пушки был применен дульный тормоз. Необходимость этого вызывалась тем, что дульная энергия 122-мм пушки более чем в два раза превышала дульную энергию 85-мм пушки, и это обстоятельство весьма осложняло применение ее в танках. «Вопрос о повышении огневой мощи тяжелого танка стоял на повестке дня,— вспоминает один из ближайших сподвижников Ж. Я. Котина А. С. Шнейдман,— и выбор орудия был далеко не легким делом, ибо желаемые мощностные показатели всегда находились в противоречии с габаритными и весовыми возможностями танка.

Мне кажется, что мысль о выборе оптимальных показателей артиллерийского вооружения тяжелого танка никогда не давала покоя главному конструктору. Эти настроения и мечты Ж. Я. Котина мне, как руководителю группы вооружения, были известны лучше других. Он неоднократно возвращался к вопросу вооружения, ради которого и существуют грозные машины, именуемые тяжелыми танками.